Рождение нового героя

Рождение нового героя

Действие вокруг воды

В центре сцены вода. Происходящее вокруг нее театральное действие, режиссер Галина Полищук (Латвия) наделяет сакральным смыслом. Актеры в этой стихии не могут работать иначе, чем с "обожженным" нервом. Сила воды в каждом эпизоде помогает раскрывать героям спектакля оголенную неприкрытость внутреннего мира. Откровения актеров в противовес физической наготе, как раз прикрытой руками Веры (Галина Лавриненко).

Сила одной капли

Она, как мощь характеров: Бэлы (Эльмира Дасаева), Казбича (Алексей Кульчанов), Печорина (Павел Ондрин). Как из капли появилось море, так из внутренних движений героев: гнева, ненависти, любви на сцене родилась новая театральная реальность. И кто здесь герой? Тот ли, кто с надписью на спине? Каждый из актеров исполняет в постановке несколько ролей. Образы порой разноплановые. Возлюбленная Вера (Галина Лавриненко), например, в другой новелле офицер. В модификации по роману главных героев, кажется, нет: Мать казака (Заслуженная артистка России, Елена Булычевская), Слепой (Алексей Березюк), Ундина (Наталья Тетеревенкина), Вулич (Игорь Вакулин), Максим Максимыч (Заслуженный артист России, Валерий Штепин), Казак (Максим Симаков), офицер (Нелли Подкопаева), Есаул (Данияр Курбангалиев). Все актеры движут действие, буквально отыгрывают ветер, качку в лодке, бурю в море. Они главные, и даже в эпизодах.

Постановка кинематографична

...не сцен, а именно эпизодов. Галина Полищук смело использует приемы из киноиндустрии: рапид, замедленную съемку, реверс. Театральный режиссер в своих постановках часто применяет спецэффекты и раскадровку сцен. Драматическое действие развивает клиповостью, видеопроекцией мгновенно переносит героев в пространстве сцены.  

Герой или героиня?

Если критики рассматривали личность Печорина, как срез характера целого поколения, как типичного представителя общества, то Галина Полищук создала своего Печорина. И Бэла далека от традиционных представлений о горянке. В постановке возлюбленная Печорина смелая, дерзкая, порой воинственная, девушка. Это дочь своего народа, который Лермонтов, кстати, нелестно характеризует "малообразованным". Тем более удивляет природная смекалка и отчаянная горячность Бэлы. В мужской постановке с оружием и с настоящими боевыми действиями вообще царит дух матриархата.

"И слезы - ей вода, и кровь - Вода"...

В новелле "Фаталист" есть пронзительная сцена. Здесь ключевой образ женщины, матери воина. Казачка Елены Булычевской не в силах отвести смерть от сына. Она выплескивает в мизансцене столько любви, накопленной от рождения ее мальчика. Тем страшнее неизбежность финала жизни ее сына. Фатальность не в том, что пробежала тень по лицу Вулича (Игорь Вакулин), а в том, что казак-убийца преступил черту. Животное отчаяние матери усиливает неминуемость наказания, невозможность предотвратить трагедию.

Семь оттенков воды. Волны

И это в спектакле "Герой нашего времени" далеко не радуга. Изменение цвета воды на сцене идет от серого до бурого цвета смерти. Есть и белый - это пена штормящего моря (мотив очищения). Это и черный с мотивом неотвратимости трагедии, и синий (цвет спокойствия), и зеленый (цвет мира), и болотный (цвет войны и униформы бойцов). Не только вода возмущается волнами. Есть на сцене эфирные волны. Тяжелые металлические голоса, преломленные в рации. Они с привкусом крови и со свистом свинца; и волны сбившегося телеэфира, которые нагнетают драматизм ситуаций.

Огонь. Вода. Бочки из металла

Их проходят все герои постановки. Художник-сценографист Айгарс Озолиньш максимально усложнил пространство сцены. Актерам порой приходится преодолевать стихии, театральные преграды, отыгрывать усложненные декорации. Они поддаются куда тяжелее, чем перевалы в горах и чем буря в море.

Михаил Лермонтов

Слово Лермонтова и сегодня со сцены звучит актуально и современно. В постановке именно слово классика, его слог оставлен без купюр. Режиссер Галина Полищук ставит истории в хронологический ряд, включено несколько монологов из других новелл, не вошедших в модификацию. Если бы Михаил Лермонтов дописал роман, перенес его действие в Астрахань, то все, наверное, так и было.

В одну и ту же воду...

...герои спектакля входят не дважды и не трижды. Важно, какими они выходят. И мы, зрители, это замечаем. Ещё свет софитов совершенно по-своему преломляет игру самой Воды. Так и игру актеров, и режиссерский замысел, скорее всего, разложат на тысячи значений в разности восприятия зрителей...

Сотворение...

Аэропорт. Встречи и прощания. Взрыв. Но только после Большого вселенского взрыва зародилась новая жизнь. Этот режиссерский взрыв-посыл: не делайте того, что не изменить. Не вмешивайтесь, не диктуйте, не нарушайте привычный ход жизни, судьбы и традиции народов... Спецэффект, и мизансцена возвращает события назад: в реальности так не бывает.